В минувшую субботу в редакции нашей газеты за «круглым столом» обсуждали поправки в закон о СМИ
В минувшую субботу в редакции нашей газеты за «круглым столом» обсуждали поправки в закон о СМИ. Акцент сделан на предлагаемые нововведения, которые призваны защищать интересы обычных людей. В обсуждении приняли участие: председатель Гомельского районного объединения профсоюзов Виктория Ладутько, заместитель председателя комиссии по делам несовершеннолетних Гомельского райисполкома Екатерина Руденко, первый секретарь районного комитета ОО «БРСМ» Анна Савенко и член ОО «Союз писателей Беларуси» Ольга Равченко, а также главный редактор газеты «Маяк» Лилия Величко и заместитель главного редактора Василий Дубик.
Величко: — Сегодня белорусские депутаты рассмотрят в первом чтении изменения в закон о СМИ. Насколько известно, предусматриваются важные новшества в медиасфере. Нет и ограничений на работу сайтов и порталов, которые не пожелают регистрироваться. Но в этом случае статусом СМИ они обладать не смогут, а их сотрудники, соответственно, не будут являться журналистами.
Отдельно прописан запрет на распространение информации, которая пропагандирует самоубийство, побуждает к нему. Предлагается также ввести идентификацию пользователей интернет-ресурсов.
Дубик: — Внесение поправок в закон должно послужить преградой для тех, кто некорректно, а то и вызывающе ведет себя в медиапространстве. Порой попавшая в социальные сети недостоверная информация влияет на репутацию и судьбу человека. Кроме того, это чревато реальными коммерческими потерями для предприятий и организаций.
В последнее время мы все больше погружаемся в интернет-пространство. В виртуальном мире между людьми складываются особые отношения, которые не всегда законодательно урегулированы. В отличие от реальной жизни, где действуют известные административный и уголовный кодексы. Сегодня каждый читатель может стать писателем и свои мысли тут же опубликовать в Сети. Нередко прочитанное в интернете сообщение не подвергается сомнению.
Ладутько: — Хочу отметить важность того, что значительная часть предлагаемых изменений в закон касается интернет-пользователей. Раньше газеты, радио, телевидение играли не только информационную, но и образовательную и даже воспитательную роль. Хотелось, чтобы интернет не ограничивался сенсационностью, а также выполнял какие-то подобные созидательные функции. К сожалению, не все пользователи интернета добропорядочные. Бывают очень резкие высказывания подписывают не своим именем, а псевдонимом. Если комментарии не будут обезличены, то их негативный вал пойдет на спад. Ведь тогда придется отвечать за свои слова.
Руденко: — В группах соцсетей комиссии по делам несовершеннолетних мы предоставляем возможность высказаться всем анонимно. Даже те, кто не включен в группу, оставляют свои комментарии. Вместе с тем, сообщения постоянно администрируются. Такие права даны членам КДН, инспекторам ИДН. Иногда появляются очень резкие комментарии, их мы удаляем. Зачастую они идут от имени поддельных страниц, созданных специально для обезличивания.
Дубик: — Таким образом вы показываете пример, как должны поступать ответственные создатели групп. Чтобы чьи-то злые слова не опорочили честь ребят, которые в подростковый период особенно уязвимы.
Ладутько: — Однако, как быть взрослому и вполне ответственному человеку, если он высказывает свою личную позицию или делает критические замечания, но в силу различных причин он не хочет себя называть?
Величко: — По действующему закону, такую анонимность обеспечивают официально зарегистрированные средства массовой информации. Они не обязаны называть источник информации и не вправе раскрывать данные о физическом или юридическом лице, предоставившем сведения, без согласия этого лица.
Дубик: — Вместе с тем, если кто-то хочет оставить свой комментарий на сайте «Маяка», необходимо пройти авторизацию. К распространяемым в соцсетях фактам мы относимся с осторожностью, так как не все они соответствуют реальности. К примеру, были спекуляции на числе погибших при пожаре в Кемерово.
Руденко: — Думаю, что в этом плане и нужно усилить действие закона. Конечно, если блогер оскорбляет чье-то достоинство — он все равно несет ответственность.
Величко: — Здесь понятно. А вот кто-то где-то что-то услышал, додумал — и сразу выложил в интернет. Без документов, фактов, не проверяя. Все — сенсация! Мы такого себе позволить не можем. Конечно же, хотелось бы равных правил игры для всех. Если авторы информационных сайтов хотят быть аккредитованными, хотят иметь права журналистов, то на них должны налагаться и обязанности, и ответственность.
Дубик: — Мы руководствуемся законом о СМИ и отвечаем за сказанное и написанное, нас всегда можно найти, привлечь, подать на нас в суд, то есть мы очень жестко регламентированы. Но если то же самое делает человек, который не является журналистом, а в интернете всегда можно назваться, например, блогером, то он получается не несет ни за что ответственности… Да, мы обладаем многой информацией, но выдаем только после того, как она многократно проверена, выверена. А в это время в социальных сетях это же, но на уровне слухов, давно уже обсуждают. И тут мы выходим со своей выверенной. Но эффект каков! Люди зачастую верят фейкам, уже коменты к ним написали и забыли. И когда мы вышли, проделав большую работу, мы оказались невостребованными. Но все по закону.
Руденко: — Если бы государственные СМИ, в контексте закона, важные темы выдавали бы первыми и трактовали тоже, то другим интернет-порталам было бы нечем заняться. Информация нужна свежая, новости должны быть как горячие пирожки. А консерватизм сейчас никому не нужен. Вопрос — грамотно подать, расставить акценты. Это — целое искусство.
Так как владельцы основных интернет-ресурсов находятся за рубежом, будет немало административных проволочек. И запретительные меры, которые будут существовать на территории какого-то отдельно взятого государства, при блокировке этого сайта можно найти огромное количество выходов на него, чтобы эти запреты обойти. Поэтому, такие вещи будут очень сложны в реализации.
Величко: — Прочитав предлагаемые проектом изменения, мне показалось, что их скорее готовили юристы, нежели практики. Это недостаток проекта, и, видимо, именно этим вызвано его широкое обсуждение в профессиональном сообществе. Если мы хотим сделать так, чтобы сетевые издания регистрировались как СМИ, то они вполне могут назваться клубом любителей новостей или читателей газет. Все они — не СМИ. Они новости читают и обсуждают. И как посмотрит на это закон? Тут конкретика нужна.
Ладутько: — Бывает, что одну и ту же новость встречаешь в интернете повсеместно. Читаешь внимательно и понимаешь, что друг у друга переписывают, причем, слово в слово. Зачем такие порталы, которые не имеют своего содержания?
Величко: — А привлечь за использования чужого материала можно только, если его перепечатали, перепостили без ссылки на первоисточник. Это уже нарушение авторских прав. А указали — и все, можно переозаглавливать, меняя акценты, писать коменты. Кстати, проиграв несколько судов, сетевые порталы теперь ссылки на государственные СМИ делают.
Савенко: — Изменения, как и сам закон о СМИ, будут продолжать выполнять аккредитованные средства массовой информации. Как я понимаю, это может не в полной мере коснуться неаккредитованных, которые продолжат свою деятельность в интернете, причем, без регистрации. При этом выкладывая в основном информацию отрицательного содержания. Положения обновленного закона должны быть направлены на пресечение необоснованного негатива. Ответственность должна быть одинаковой для всех. Жаль, что подобный контент вызывает повышенный интерес. В то же время положительная информация оказывается где-то на задворках. И нередко из-за разных мнимых сенсаций у читателя до нее руки не доходят.
Величко: — Хотелось бы услышать мнение о содержании в СМИ собственного контента…
Ладутько: — Честно говоря, от зарубежных телепрограмм уже устала. Низкопробные покупные шоу действительно утомляют. Их уровень изготовления и нравственность героев оставляет желать лучшего. Неужели нельзя сделать свои, но не впадая в крайности? К примеру, как развивается наша деревня, как молодые люди находят себя в сельской местности, как исполняются их мечты. Есть же хороший проект БРСМ «Властелин села». Неужели у нас не хватает творческих людей для создания его интересной телеверсии? Не обязательно их следует искать в журналистской среде, много где можно найти самородков. Были ведь программы, которые все смотрели. К примеру, «До 16 и старше».
Руденко: — Если взять нашу районку, то тут практически весь контент собственный. И позитива намного больше, чем негатива, чего не скажешь об основных интернет-порталах. Там преобладает негатив. Меня по роду своей деятельности больше волнует, чтобы запретили порнографию, насилие и издевательство. Это слишком доступно в интернете для детей и для неокрепшей психики очень опасно. Это самое страшное.
Если говорить о телеканалах, то нам не хватает своего белорусского исторического канала. У нас очень много исторических памятников, много материалов, ярких личностей, чтобы делать содержательные, образовательные передачи, несущие государственную идеологию.
Также у нас очень не хватает своего Малахова, рассказывающего о судьбах отдельного человека или семьи. Если бы ими заняли эфир, то телевизоры включились бы на белорусский канал.
Ладутько: — Если говорить о профориентации в СМИ. Управление сельского хозяйства и продовольствия Гомельского райисполкома работает с Витебской ветеринарной академией и Белорусской государственной сельскохозяйственной академией в Горках. Общаются с учащимися выпускных классов района. Почему бы с ними не съездить съемочной группе и не показать эти профессии информативно и интересно?
Савенко: — Молодежь увлекают дутыми сенсациями, и зачастую они не знают, что для них существует целый пакет льгот. Так, например, за работу на селе ребята получают значительные надбавки. Слабо используются возможности СМИ и по пропаганде здорового образа жизни. Часто в СМИ звучат жесткие запреты, которые не воспринимаются: это нельзя, то нельзя. А если показать настоящего наркомана, который доживает последние свои дни, и услышать от него, что он совершил ошибку, попробовав зелье — то такая подача будет значительно эффективнее.
Мне кажется, к работе над поправками, касающимися интернет-пространства, надо привлечь людей, которые реально сидят за компьютерами, чтобы они выступили в качестве экспертов, а потом их предложения сопоставить с предложениями юристов.
Равченко: — Я бы хотела, чтоб и волки были сыты, и овцы целы. Я категорически против массовых убийств и жестокости, суицидов, черноты и на страницах газет, и на сайтах. Тут условия должны быть равные для всех и ответственность равная.
Я уверена, что газеты должны оценивать по содержанию, а не по количеству лайков и не по количеству посещений сайта. Это сделать достаточно просто. Журналист, идеолог, да и просто читатель в состоянии отличить материал качественный от пустого.
Нужно не опускаться до уровня читателя, зрителя, а формировать его. Я, например, смотрю канал «Культура» и новостные каналы.
Величко: — Мне бы хотелось, чтобы в новом законе четче было оговорены права и обязанности журналистов во время подготовки репортажей и фотосъемок в общественных местах. Зачастую наши журналисты и фотокорреспонденты сталкиваются с тем, что случайно попавшие в кадр граждане начинают пререкаться — я не давал вам разрешения на съемку меня, а какое право вы имеете здесь находиться, хватаются руками за аппаратуру, препятствуя работе.
Также хотелось, чтобы еще раз четко было оговорено — статьи, литературные произведения, присланные в редакцию, не имеют ничего общего с обращениями граждан. Потому что за отсутствие ответа нас пытается привлекать прокуратура, на нас пишут жалобы граждане.
P.S. В информационной буре, а именно такое нынче время в медиапространстве, люди стараются опираться на факты. Но факт — еще не вся правда, он только сырье, говорил известный писатель и мыслитель Максим Горький. Нужно научиться видеть факт в контексте событий и извлекать из него мысль. А это работа, и ее не всегда делают те, кто гоняется за сенсациями. Но такой работой постоянно занята редакция газеты «Маяк».
Лилия ВЕЛИЧКО, Василий ДУБИК
Фото Алексея Нарейко
